Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Права Сталина были нарушены, и моя задача — добиться их обеспечения

Парламент Канады не признал депортацию крымских татар геноцидом

О наличии подозрения в геноциде крымских татар умершему почти 70 лет назад главе Советского Союза было «объявлено» в 2017 году, но защитник у «подозреваемого» появился только сейчас. Им стал хорошо известный по делам политзаключенных журналистов Кирилла Вышинского и Василия Муравицкого адвокат Андрей Доманский.

Издание Украина.ру поговорило с Доманским о «деле Сталина». И не только.

— Андрей, общественность была, мягко говоря, удивлена, когда вас назначили адвокатом Сталина. Не потому, что вас, а потому, что Сталина. Как так может быть?

— Ну, самому старшему клиенту за всю историю моей адвокатской деятельности к его дню рождения решили изменить подозрение, которое было вручено в 2017 году. Многие сначала отнеслись к этому как к шутке.

— Как, интересно, ему вручили подозрение?

— Смотрите, сначала подозрение было ему объявлено через СМИ…

— А так можно?

— Лица, которые в то время это делали, к сожалению, не совсем понимали, что такое юриспруденция.

— Правильно ли я понимаю, что подозрение было объявлено, если так можно сказать, в 2017 году, а адвокат у подозреваемого появился только в 2020-м?

— Да, адвокат в виде меня появился только сейчас, когда было произведено распределение по системе БВПП (бесплатная вторичная правовая помощь. — Ред.). Но появился он не только у Сталина, но и практически у всего состава Государственного комитета обороны — ГКО, который действовал на тот момент. Там Берия и другие люди, о которых в дальнейшем объявят.

— Интересно жить на свете.

— Очень. Особенно когда понимаешь, что права моего подзащитного были нарушены изначально еще в 2017 году, когда генпрокурор Луценко объявил подозрение. Это пафосное событие произошло в преддверии очередной годовщины депортации крымских татар, и это было сделано во всех традициях пиар-акции. Думаю, что пресс-служба Генпрокуратуры приложила к этому свою руку.

— Так в чем нарушение прав? В объявлении подозрения через СМИ?

— Ну конечно. Я так понимаю, что подозрение, как это предписывает УПК, должно было уйти по почте на адрес: Россия, Москва, Кремль. И в принципе оно бы попало к адресату, поскольку он похоронен в кремлевской стене.

— Шутки шутками, но на что они надеялись? Человек мертв, он не может получить подозрение, расписаться, прийти в суд…

— Справки о смерти в материалах дела нет.

— То есть для прокуратуры он жив?

— Да.

— Сталин вечно живой. А нельзя прокуроров привлечь за такие пассажи? На Украине вроде как декоммунизация…

— Ну, я пока не готов дать однозначный ответ на этот вопрос. Могут быть разные трактовки. Зато меня ряд СМИ уже обвинил в том, что я сталинист. Одному из ваших коллег с телеканала «Наш» не понравилось, что я назвал Сталина Иосифом Виссарионовичем. Видите ли, как можно к нему относиться с уважением? Я всегда отношусь с уважением к своим клиентам, невзирая на то в каких преступлениях их подозревают.

— Ну да, человек весьма пожилой, его просто по имени, что ли, называть? Хорошее советское воспитание — к старшим на «Вы» и по имени-отчеству.

Депортация без спекуляций: самый длинный день в истории одного народа
Депортация без спекуляций: самый длинный день в истории одного народа

— Это есть. Но из-за этого на меня и повесили ярлык сталиниста. Что касается материалов дела, то они обширны, и я с ними еще не знакомился, потому что они находятся не в Киеве, а в Херсоне, где проводится расследование. Знаю только, что там есть очень много свидетельских показаний, допрос потерпевших, и все это надо будет еще изучать.

Учитывая, что изначально были нарушены процедуры, а сейчас Офис генпрокурора вдруг понял, что законы должны исполняться, во исполнение норм и Конституции и УПК таки был привлечен адвокат. Хотя могу сказать, что в 2017 году БВПП точно так же существовала, и почему в тот момент не привлекли адвоката, остается загадкой.

Хотя на самом деле все понятно. Если бы тогда был адвокат, не удалось бы сделать такую яркую пиар-акцию.

— С Луценко, которого называли не иначе, как «гениальный» прокурор вместо «генерального», действительно все понятно. Но теперь-то с этим абсурдом что-то надо делать…

— Вот именно. Когда в ЕРДР вносят абсурдные дела, никто не думает, что в дальнейшем по ним должны проводиться определенные действия. Если внесли в ЕРДР, то логического завершения не избежать. В таком случае должны быть соблюдены все процессуальные нормы, в том числе обеспечение прав подозреваемого.

— И все-таки непонятно, как можно судить умершего человека.

— Знаете, надо мной коллеги шутили. Если есть 140-летний клиент, то почему не может быть тысячелетнего? Известно, например, что князь Владимир в свое время истреблял язычников. Это же преследования за веру, гонения. Точно так же, как в свое время католическая инквизиция истребляла женщин и кошек за колдовство.

— Тут феминистки и зоозащитники должны подключиться.

— А в западной части Украины, которые входили в состав иных государств, преследовали и истребляли православных. Давайте судить Понтия Пилата, который принял заведомо незаконное судебное решение в отношении Иисуса. Тоже почему бы и нет.

А что, были случаи, когда судили уже умерших. Тело одного из почивших пап достали из склепа, осудили и четвертовали. И прецедент, когда в Украине судили Иосифа Виссарионовича, тоже уже был в 2010 году. Связанный с делом голодомора. Так что я поинтересовался у следствия и выяснил, что ранее лицо уже привлекалось.

— Ох и шуточки. То есть под домашний арест Сталина уже не отпустят?

— Ну, избрание меры пресечения — это вообще отдельный вопрос. По этому поводу шутят многие мои коллеги, принимая во внимание и международный розыск.

Как бы ни было оформлено это дело, я понимаю, для чего оно нужно в политическом плане. Однако чтобы это дело рассмотреть так, как это хотелось бы прокуратуре, Украине сначала надо было хотя бы ратифицировать Римский устав.

Но я не думаю, что власть будет его ратифицировать, особенно пока есть определенные представители в Верховной Раде, которые понимают, что они сами могут попасть под действие Римского устава и быть привлечены к уголовной ответственности за те деяния, которые они совершали.

— Все это хорошо, но мы же понимаем, что любое решение, которое будет принято по делу Сталина, не будет стоить выеденного яйца.

— Не сказал бы. Особенно если знать, для чего это было сделано. Вся суть в потерпевших. Это крымско-татарский народ.

— То есть они могут получить деньги?

— Они могут претендовать на компенсацию.

— Компенсацию от кого?

— Давайте мыслить логически. Кто является правопреемником Советского Союза?

— Все понятно.

— Но в таком случае должен быть международный суд. А Российская Федерация также не ратифицировала Римский устав. Те или иные действия признаются геноцидом на международном уровне.

Мы знаем, что ряд стран признали геноцидом голодомор, есть страны, которые признают геноцидом трагедию армянского народа. А некоторые не признают. Так что давайте говорить откровенно, никогда Российская Федерация не признает депортацию крымских татар геноцидом. Под действием международных инстанций признать это было бы возможно, но это не делается против конкретного лица, поскольку принимались решения не единолично, как многие сейчас пытаются представить.

Решение о депортации было принято ГКО, и не забываем, в какое время. Это был 1944 год, страна находилась в режиме обширных военных действий.

— То-то и оно. Это ЧП, а не обычная ситуация.

Палачи, жертвы и статистика
Палачи, жертвы и статистика

© AFP, GENYA SAVILOV

— Когда подобные решения принимаются в условиях, скажем, 37 года, 32 года, это один вопрос. А когда на территории страны идет война… в общем, все должны изучать историки. И давайте скажем честно, мы не имеем доступ ко всем документам, которые на сегодняшний день хранятся в российских архивах, многие из которых закрыты. Поэтому, когда откроется истина, никто не знает.

Я ни в коем случае не собираюсь оправдывать преступления, которые были совершены в период Советского Союза, но есть понятие защиты прав и интересов лица, которое подозревается в совершении преступления. Моя задача заключается в том, чтобы права моего подопечного не были нарушены. Все-таки Украина является правовым государством, о чем я твержу уже многие годы.

— Теоретически.

— Я это доказываю на практике. Ведь даже на вашем примере можно видеть, что справедливость таки восторжествовала.

— Как сказать справедливость… Скорее просто удалось отбиться. Кроме того, это единичные случаи.

— Единичные, но они есть. И мы должны делать все, чтобы эти единичные случаи происходили все чаще и чаще. Для этого нужно кропотливо работать как адвокатуре, так и другим органам.

Судебным — противостоять давлению политических заказов. Прокуратуре стоило бы повысить свой уровень компетентности. На сегодняшний день Офис генпрокурора убрал многих сотрудников, которые в свое время сдавали на адвокатские свидетельства. Таким образом, убирают людей, которые смогли пройти адвокатский экзамен, показать на высоком уровне свои теоретические знания.

Почему? Потому что оставляют тех, кто будет исполнять прямые указания, что для правового государства неприемлемо. Ведь кто такой прокурор? Это адвокат населения в целом, который должен поддерживать гособвинение в суде. То есть фактически прокурор должен реализовывать интересы народа, который является источником власти в государстве, — это прямая норма Конституции. А на деле получается наоборот.

— Что насчет ответственности за ошибку или за заведомо неправомерные действия?

— Можно сказать словами моего клиента Иосифа Виссарионовича: «У каждой ошибки есть имя и фамилия». У каждой судебной ошибки — это имя судьи, прокурора, адвоката.

Сложнее всего определить ответственного, когда решение принято коллегиально, поскольку непросто определить, кто как голосовал, кто вынес это предложение на голосование. На самом деле история рассудит всех. Просто важно понимать, что было такое время, 1944 год — война. Все надо учитывать. Сейчас же главное — не дать спустить этот процесс на тормозах, не дать его похоронить, потому что каждый имеет право на справедливость, в том числе Сталин.

В отличие от 2017 года, когда он был лишен права на защиту, сейчас адвокат у него есть, и дело должно быть завершено в соответствии с законом.

— И каковы ваши прогнозы?

— Еще очень рано о чем-то таком говорить. Но один мой коллега, крымский татарин, позвонил и сказал: «Я не знаю, то ли тебя поздравлять, то ли тебе сочувствовать. Я же знаю, что ты его оправдаешь».

 

 


Источник