Активно обсуждаемый в эти дни акт вандализма в берлинском Трептов-парке, обнажил одну очень важную проблему. Дело в том, что нынешняя антироссийская истерия на Западе только на первый взгляд кажется чем-то новым, ранее неизвестным. На самом же деле она весьма похожа на глубинную украинскую русофобию, которая была свойственна политическим украинцам во все века.

Просто до сих пор оба этих негативных явления не принимали столь обострённой формы. Это с одной стороны. А с другой – мы десятилетиями, а то и столетиями упорно старались всего этого не замечать.

Я очень сомневаюсь, что произошедшее в Берлине, в котором сейчас полно приезжих, в том числе и с Украины, дело рук самих немцев. Во-первых, они всё-таки не так воспитаны и гадить (а по другому не скажешь) на кладбище, а надо понимать, что мемориал в Трептов-парке это, по сути, большая братская могила, не стали бы. У них может быть разное отношение и к России вообще, и лично к нашему президенту, но они способны высказать его в иной, менее первобытной форме.

А во-вторых, после 1945 года им сделали такую денацифицирующую «лоботомию», что напрочь отбили любую охоту проявлять агрессию в сторону тех, кто победил Третий рейх. Нет, конечно, всякое может быть, но, думаю, всё же не они. Скорее это были «побратимы» тех упырей, что недавно на глазах у мужественной украинской старушки топтали знамя Победы с криками «Слава Украине». Найдите этот ролик в Сети, он того стоит.

Так вот, после окончания Второй мировой за пределами Германии, то есть во всей остальной «порабощённой» Европе, никто никакой денацификации не проводил и, как мне кажется, очень зря. Мы как-то не могли (а многие и до сих пор не могут) себе представить, что освобождённая Европа может быть не жертвой, а соучастницей гитлеровских преступлений. Мы не могли, а они никогда этого не забывали.

И потому оставленные то здесь, то там в виде памятников, бюстов, барельефов и прочих мемориальных табличек материальные напоминания о той войне все это 80 лет раздражали их неимоверно. Это для нас они символ победы над нацизмом. Не только нашей, общей (мы привыкли так думать). Для них же это немой укор и бельмо на глазу, напоминающее о позорных страницах в их истории.

Так что, когда Сейм Латвии открыто запрещает День Победы и объявляет 9 мая днем «памяти погибших на Украине» (интересно, всех, начиная в 2014-го, или только избранных), это не случайность и не эксцесс исполнителя. Это проявление их истинного отношения в событиям мая 45-года. Ежегодные парады латышских эсэсовцев из той же оперы.

И то что отныне этот день в прибалтийской республике станет траурным с запретом на проведение массовых развлекательных и праздничных мероприятий, а также салютов, всего лишь демонстрирует реальное положение вещей. По иному быть просто не могло.

Ровно также, как сложно было ожидать от польского министра культуры чего-то кроме предложения полностью запретить культуру русскую со всеми её Пушкиными, Достоевскими, Толстыми и прочими Чайковскими. Для них испытывать плохо скрываемую злобу к нам, русским, так же естественно, как дышать.

Это мы наивно полагали, что для Польши и Прибалтики русофобия всего лишь товар, который успешно продаётся на Западе, прежде всего в англосаксонских странах. Нет, это вполне себе их природный национальный продукт, неотъемлемая часть экспортной корзины.

Не менее наивно думать, что виной тому лишь прежние исторические обиды. Как, когда и каким образом Россия умудрилась поссориться с «Chanel»? Французская компания на днях отказалась обслуживать русских клиентов по всему миру, вне зависимости от страны, где бы ни находился их бутик. Возмутительные случаи, произошедшие с россиянками в Дубае и Париже, широко обсуждались и у нас, и за рубежом.

Российские официальные лица и журналисты назвали тогда отказ продавать одежду по национальному признаку проявлением ксенофобии. В прошлое воскресенье в Париже на всех зданиях, в которых располагаются офисы и бутики «Chanel», появились наклейки со стилизованным изображением, в котором легко узнаётся силуэт Адольфа Гитлера, только вместо лица у лидера нацистов логотип компании «Chanel».

Кстати, подобные намёки вовсе не случайны. Основательница знаменитого модного бренда, Габриэль Бонёр Шанель, более известная как Коко, с 1942 по 1943 годы (как раз во время оккупации) состояла в любовной связи с сотрудником VI управление РСХА (внешняя разведка) Гюнтером фон Динклаге. И после того, как в 2016 были открыты германские архивы, стало известно, что во время войны мадам Шанель без устали «стучала» на своих соотечественников компетентным органам Третьего рейха. И ничего, никаких санкций на компанию наложено не было, никакому всемирному остракизму она не подверглась. Живёт себе как жила и, в общем-то, процветает.

Про какой-нибудь германский Hugo Boss, обшивавший подопечных рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера, или BMW, изготовлявший авиадвигатели для Люфтваффе, любимого детища рейхсмаршала Германа Геринга (поршневой авиационный двигатель BMW 801 применялся на истребителях Фокке-Вульф Fw.190 и ряде других самолетов, всего было выпущено более 28 тысяч двигателей такого типа), и говорить не приходится. Стоит ли теперь ожидать от них «любви и взаимопонимания»? Очевидно, что нет. Им тогда всё простили и всё забыли. Но сами они всё помнят.

Сегодня мы переживаем непростые, но в чём-то очень позитивные, времена. Пришла пора избавления от многих вредных иллюзий. В том числе и от наших ошибочных представлений о Европе «благодарной» нам за избавление от нацизма. Увы, никакой благодарности они не испытывают, да и европейский нацизм мы, как оказалось, так и не искоренили. Кто знает, возможно, два этих факта имеют прямую взаимосвязь. Это, кстати, весьма поучительный для нас опыт, особенно сейчас, во время украинских событий. Всё в жизни надо доводить до конца.

источник