Российские, донецкие и луганские сапёры продолжают работы по разминированию Донбасса. Это происходит каждый день, так как за восемь лет войны при масштабном минировании любой местности украинские боевики превратили донецкую землю в пороховую ловушку.

Цифры обезвреженных мин за сутки поражают. Например, только за 11 июня в процессе разминирования в районах населенных пунктов Святогорск, Яровая, Студенок и Сосновое в Донецкой Народной Республике инженерные подразделения ВС РФ обнаружили и уничтожили 126 установленных украинскими боевиками взрывных устройств различных типов, в том числе 54 противотанковые мины. Началось и разминирование лесного массива в парке «Святые горы» в Донбассе, откуда тоже извлекут сотни смертельных «сюрпризов». К настоящему моменту в Донбассе разминировано около 3 тысячи гектаров территории, где обезвредили более 17,5 тыс. взрывоопасных предметов. И это – лишь небольшая часть предстоящей работы с учетом того, что боевые действия не завершены. Самые серьезные работы по освобождению от мин и неразорвавшихся боеприпасов сейчас ведутся в Мариуполе, где скоро начнется большая стройка и восстановление города. Разминирование пляжей Приазовья и открытых участков идет в том числе с использованием роботизированной платформы «Уран-6». Но все-таки пока установки полностью заменить людей не могут.

На больших минных полях работают саперы МЧС — сводные группы разных российских регионов и ДНР во главе со специалистами отряда «Лидер».Свои задачи выполняют и саперы Международного противоминного центра Вооруженных сил РФ. В ЛНР с начала июня тоже развернуто представительство этого противоминного центра для разминирования особо важных объектов. Работа у саперов тяжелая и опасная. На днях глава МЧС России Александр Куренков в госпитале вручил орден Мужества инженеру группы пиротехнических и взрывных работ Донского спасательного центра МЧС России Евгению Вырупаеву, раненому при разминировании в Донбассе. До этого четверо саперов МЧС ДНР пострадали при разминировании завода «Азовсталь».
Героическую работу российских сапёров прокомментировал донецкий армейский специалист Николай Забродин, позывной Минёр.

— Вам приходилось наблюдать или общаться с ребятами, которые сейчас фактически проводят свою спецоперацию именно по разминированию Донбасса?

— Да, и хотелось бы отметить их высочайший профессионализм и опытность. Разговаривал с теми, кто перед приездом к нам прошел Сирию, интересовался сходствами и отличиями работы там и здесь. Конечно, уровень организации работ по разминированию у россиян продвинутый, как и подготовка. Все очень продумано, четко спланировано по квадратам: территорию они чистят буквально метр за метром, но и работы здесь – буквально непочатый край. Парни действуют, в основном, двойками, каждый день. Хорошо оснащены – это и специальные костюмы многослойные, шлемы с системами связи, работают с квадрокоптерами, которые ищут противотанковые мины. У нас на фронте всего такого не было, обезвреживали по старинке.

— И много, по их мнению, отличий по заминированности Донбасса и Сирии, типам мин?

— В первую очередь отмечают объемы работы – такого не было нигде. Минных полей много – и противотанковые, и противопехотные, и смешанные, когда подряд обнаруживаются и мины противотанковой серии ТМ-62, и противопехотные ПМН, и мины осколочного действия, направленного и кругового поражения. Границы минных полей украинские саперы почти всегда прикрывали осколочно-заградительными минами. Они представляют серьезную опасность для тех, кто разминирует.

Во-вторых, все установленное украинскими боевиками было сделано профессионально и коварно. С самодельными взрывными устройствами – бомбами, гранатами или минами кустарного производства, как было в Сирии, здесь почти не сталкивались. Заминированные участки грамотно защищены ловушками и растяжками. Почти каждая мина установлена на неизвлекаемость с применением мины-ловушки. Их уничтожают накладным зарядом. При попытке снять противотанковую мину, установленную на неизвлечение, произойдет детонация.

Неизвлекаемость – вот что особо отмечают российские саперы. Объяснение простое. Украинские вояки не собирались «защищать» Донбасс – они хотели его взрывать, вели себя как настоящие террористы. Боевики ИГИЛ (запрещенная в РФ группировка) по сравнению с ними – слепые котята. Неизвлекаемость мин означает и то, что украинцы знали: они больше не вернутся, потому делали ставку на максимальный урон. Поэтому слишком много встречается поставленных на неизвлечение мин.

Еще одно отличие, которое отмечают саперы, это преимущественное использование ВСУ мин советского производства, западные образцы встречаются редко. При этом мины могут быть установлены нестандартно, сразу определить схему их расстановки бывает сложно. А в сирийском конфликте боевики использовали пестрое вооружение – и американское, и израильское, разное, их способы минирования были более примитивные и хаотичные. Хотя обобщать или выявлять какие-то тенденции сложно, так считают российские саперы, с кем я общался.

И, конечно, все говорят про беспрецедентное минирование украинцами больших соцобъектов и инфраструктуры. В ЛНР боевики ВСУ минировали газопроводы, линии электропередач, заводы, магазины, больницы, школы, детские сады. Российские саперы помогали разминировать сельхозугодья — заявок на проведение таких работ – масса и поступают ежедневно, объем проблем колоссальный. В сутки снимаются или обезвреживаются тысячи взрывоопасных закладок.

Сейчас ВСУ, покидая позиции, минируют дома мирных жителей, подходы к зданиям, где размещаются их огневые точки. Карт минных полей не делают, подставляют под удар обычных людей. Недавно узнал, что в Мариуполе по приблизительным прикидкам боевики пресловутого «Азова» (запрещен в РФ как террористическая организация) установили там более 10 тысяч мин. И вот уже происходят новые трагедии, когда при расчистке завалов возле супермаркета в Мариуполе трое рабочих получают ранения из-за подрыва трактора. До этого людям запретили купаться в море и пользоваться пляжами, так как там много мин и других взрывоопасных предметов. Вывод понятен – украинские военные в грош не ставили жизни мирных людей Донбасса и им плевать, сколько погибнет, сколько станет калеками.

— А в чем сходство работы саперов в Сирии и Донбассе?

— Ну, это очевидно. В одинаковом риске для жизни при обезвреживании противотанковых и противопехотных мин, фугасов, любых взрывных устройств. Есть среди них и запрещенные как антигуманное оружие. По международным договоренностям, они должны были быть утилизированы, но ВСУ сейчас их применяют везде. Самые подлые – это противопехотные фугасные мины ПФМ-1 нажимного действия. Они похожи на лепестки и так и называются у саперов. Небольшие, в пластиковом корпусе серо-зеленого цвета, в траве или в камнях в нашей степной местности они практически незаметны. Реагирует на температуру, от нагрева может сработать. Сейчас «лепестки» устанавливаются ВСУ дистанционно — с помощью систем залпового огня. Знаю о недавних случаях в Ясиноватском районе ДНР, в освобожденной части Херсонской области их находили. «Лепестки» бывают двух модификаций. Обычная просто ждет свою жертву, спрятанная в траве, у второго типа есть самоликвидатор, срабатывающий спустя 40 часов с момента выбрасывания кассеты. Так как используются пээфэмки кучно, то раненых могут быть десятки.

— И как с этим бороться?

— Уничтожать путем траления. Выходит техника, которая проезжает по ним, мины детонируют. Это делает, например, многофункциональный комплекс разминирования «Уран-6» российской разработки. Он эффективен при проведении работ по сплошной очистке местности от противопехотных мин, используется при высокой плотности минирования, на больших минных полях. Робот едет по колее и раскручивает трал, который при встрече с миной подрывает ее. Оператор установки управляет «Ураном» с помощью камер. В Сирии эта платформа тоже использовалась и хорошо себя зарекомендовала. После ее прохода территория становилась гарантированно зачищенной от мин

Сейчас смотришь, как работают россияне, и немного завидуешь. Мы, ополченцы с 14-го года, о таких новинках тогда могли только мечтать. Голова и руки, щуп и лопата – вот и все твое богатство. Металлодетектор определил сигнал, уточнил место щупом и копаешь, думая — что там внутри? Какой нужен индивидуальный подход, успеешь ли сообразить? Здоровый страх, но не паника, которая всегда приводит к ошибке. Коллегам-саперам хочется пожелать удачи. Они молодцы.

От редакции. По сообщению МЧС ДНР: «Учитывая площадь освобождаемых территорий, плотность минирования и количество неразорвавшихся снарядов, для разминирования республики понадобится, возможно, даже несколько десятков лет».

источник